Находка месяца – Life. Сериал не первой свежести: с 2007 по 2009 его крутили по NBC, потом заменили на «Медиума» — лабуду о беспокойных призраках и Патрисии Акетт.
Но давайте лучше за жизнь. Все по шаблону: убойный отдел, два детектива, одно дело за эпизод. Но как этот шаблон применяют! Какие детективы, что за дела! Некто Крус, рыжий коп с лицом повзрослевшего британского гопника, еще до пилотной серии отмотал 12 лет за убийство. Пол-срока провел в одиночке, ему раз двести ломали кости, но он не сломался, постиг дзен и искусство обращения с ножом. Улики против него были косвенными, процесс сфабрикован, поэтому в конце-концов дядьку выпустили и дали $50 млн компенсации. Ему бы кутить и наверстывать, а он возвращается на службу. Модный костюмчик, руки в карманах, сдержанная улыбка, вокруг глаз — сеточки морщин. Говорит мало. Деньгами не сорит. В машине на повторе слушает мантру «Путь к дзену», объясняется цитатами типа «Жизнь это сон, и просыпаемся мы только после смерти» — не то косит под придурка, не то просветлел.
Придурок или нет, но коллеги его побаиваются. Крус богат, а следовательно — могущественен. Что забыл в участке – загадка (кажется, хочет отомстить за подставу). И наверняка ведь кого-то зарезал. 12 лет за красивые глаза не дают. К нему приставляют напарницу, кокаинщицу в завязке. Вокруг коршуном кружит ОВР. Крус действительно вывешивает на стене карту расследования – позерскую схему из фотографий, газетных вырезок и краденных досье на полицейских; кого-то ищет, куда-то продвигается, хотя концу второго сезона заговор против себя не раскроет.
В сериалах нулевых на первый план выдвигали известно каких типов: маньяка с комплексом санитара леса, писателя-неудачника, хромого эгоиста, лузеров и говнюков. Наш сыщик, с одной стороны, похож на Хауса. Он такой полусумасшедший гений, имеет обыкновение зависать на середине чужой фразы и выдавать парадоксальное решение. С другой, Крус — герой страшно несовременный. Он эталон мужчины из палаты мер и весов, внимательный и справедливый, которому легко подражать и о котором дети могут сказать: «Хочу стать таким!» Умеет слушать, договариваться и прощать. Не материалист (постоянно себя одергивает: «Я не привязан к этой машине!»). Невозмутим, как индеец, и полностью себя контролирует. Физически крепок, может полоснуть выкидушкой, но все-таки не теряет связь с внутренним ребенком: любознательный, инфантильный, живой, грызет фрукты и бурно удивляется гэджетам, которые понапридумывали, пока он сидел в камере.
По жанру это не детектив. Это нон-экшен, фильм бездействия, практика дзена. Симпатичный немолодой человек ходит по городу, улыбается, никого не обижает (за два сезона Крус выстрелит несколько раз, да и то — в собственную машину) и ведет философские разговоры. Главный его оппонент — русский мафиози, выпускник московского технического университета (медаль с названием ВУЗа я поленился ставить в стоп-кадр), образованный террорист в белом костюме, сидит на барной стойке, трет белой салфеткой носок белой туфли, а на разборки выезжает в большом белом джипе. Приятные парни, которым, в общем-то, нечего делить.
Конечно, «Хаус» смешнее, «За гранью» масштабнее и вообще из каждого шва лезет пресловутый шаблон. Но какую-нибудь «Теории лжи» Life кладет на обе лопатки. Его сила — в его слабости. Крусу очевидно плевать, расколет ли он следующее убийство. Он столько проторчал взаперти, что теперь наслаждается самой возможностью хрустеть яблоками и знакомиться с новыми людьми. Авторов сериала не слишком волнуют рейтинги (надо видеть, как они обрезают любовные линии) и закончит ли маленький Будда поиск. Новый день и новый эпизод – просто еще один повод немного пошутить, помолчать, пощуриться на солнце и, если повезет, сделать что-то хорошее. Вот это и есть — житуха.
Ну как такого не полюбить.