Ночью включил «Горячие головы 2». Как в машине времени прокатился. 1994 год, в Москве растут обменники и видеосалоны (кто не помнит, это такие подпольные кинозалы: в каморке — три ряда стульев и телевизор, на двери расписание типа «Доспехи бога» [боевик, единоборства] — 17.00, «Терминатор» [супербоевик] – 19.00, «Греческая смоковница» [фантастика] – 22.00). Мне 12 лет, я шустрый арбатский шкет. Зарабатываю по три бабушкиных пенсии за день, моя стекла ларьков на проспекте Калинина (теперь это Новый Арбат) и раздавая листовки «Даешь перевыборы!» Кассету с «Головами» покупаю на «Горбушке», обе части на одной трехчасовой BASF. Большая удача! Вторая серия мне нравится больше: в ней стеб над «Кровавым спортом», страшная клятва «Я убью тебя до смерти!», битва на лазерных мечах, стрельба петухом.

Но оказывается, половину контестных шуток я в 1994-м не понимал. И не потому, что до жирафа долго доходит — мало кто в России мог их тогда оценить.

Например, что за вывеска маячит в кадре и почему после нее показывают сэндвич со свиным пятачком (из ноздрей лезет горчица).

Почему американцы воюют с усатым мужчиной в берете.

Почему эти двое при встрече расшаркиваются: «В «Уолл Стрит» ты был хорош!»

Бой на банане – это само по себе смешно. Но намного смешнее, если вы уже видели «Монти Пайтонов».

И почему при появлении этого страдальческого лица («Они связали мне шнурки…» — «Садисты!») становится дико весело. «Черную гадюку» и «Бина» к нам завезут года через три (когда россияне устанут от фильмографии Синтии Ротрок).

Вообще в 2011-м «Головы» смотрятся по-другому. Они умнее и, что ли, трагичнее. Саддама повесили, Чарли Шин тронулся, а наглость сценария, для своего времени – исключительная, сегодня в порядке вещей. Ну вот наше кино, к примеру – это же тотальные «Горячие головы».

Совсем забыл: на прошлой неделе написал заметку про секс-туры в Египет. «Не перестаю удивляться: у нас где мозги? — режет Анна. — Приехала какая-то Маруся из какого-то Мухосранска, чтобы найти такого лоха, который бы ее любил, носил на руках и взял на себя всю ответственность за нее. А она в награду дарила бы ему ежедневно себя. Для араба (как и для любого другого здравомыслящего самца) обмен, мягко говоря, неравноценный!»

Главная драма там — обсуждение мачо Ахмеда. Девушки рассказывают про него всякие ужасы: наркотик в шампанском, черная магия, сексуальное рабство. И тут, значит, в треде появляется Ахмед:

«You did badly to me.
I will do badly to your husbands.
They will remember that their wives did sex with arabs.

Волков Максим Викторович ***-**-**
Колесов Николай Иванович ***-**-***
Шельгов Александр Петрович***-**-**

I am have telephones of your men

ha ha ha ha ha ha ha ha ha ha ha!»

Находка месяца – Life. Сериал не первой свежести: с 2007 по 2009 его крутили по NBC, потом заменили на «Медиума» — лабуду о беспокойных призраках и Патрисии Акетт.

Но давайте лучше за жизнь. Все по шаблону: убойный отдел, два детектива, одно дело за эпизод. Но как этот шаблон применяют! Какие детективы, что за дела! Некто Крус, рыжий коп с лицом повзрослевшего британского гопника, еще до пилотной серии отмотал 12 лет за убийство. Пол-срока провел в одиночке, ему раз двести ломали кости, но он не сломался, постиг дзен и искусство обращения с ножом. Улики против него были косвенными, процесс сфабрикован, поэтому в конце-концов дядьку выпустили и дали $50 млн компенсации. Ему бы кутить и наверстывать, а он возвращается на службу. Модный костюмчик, руки в карманах, сдержанная улыбка, вокруг глаз — сеточки морщин. Говорит мало. Деньгами не сорит. В машине на повторе слушает мантру «Путь к дзену», объясняется цитатами типа «Жизнь это сон, и просыпаемся мы только после смерти» — не то косит под придурка, не то просветлел.

Придурок или нет, но коллеги его побаиваются. Крус богат, а следовательно — могущественен. Что забыл в участке – загадка (кажется, хочет отомстить за подставу). И наверняка ведь кого-то зарезал. 12 лет за красивые глаза не дают. К нему приставляют напарницу, кокаинщицу в завязке. Вокруг коршуном кружит ОВР. Крус действительно вывешивает на стене карту расследования – позерскую схему из фотографий, газетных вырезок и краденных досье на полицейских; кого-то ищет, куда-то продвигается, хотя концу второго сезона заговор против себя не раскроет.

В сериалах нулевых на первый план выдвигали известно каких типов: маньяка с комплексом санитара леса, писателя-неудачника, хромого эгоиста, лузеров и говнюков. Наш сыщик, с одной стороны, похож на Хауса. Он такой полусумасшедший гений, имеет обыкновение зависать на середине чужой фразы и выдавать парадоксальное решение. С другой, Крус — герой страшно несовременный. Он эталон мужчины из палаты мер и весов, внимательный и справедливый, которому легко подражать и о котором дети могут сказать: «Хочу стать таким!» Умеет слушать, договариваться и прощать. Не материалист (постоянно себя одергивает: «Я не привязан к этой машине!»). Невозмутим, как индеец, и полностью себя контролирует. Физически крепок, может полоснуть выкидушкой, но все-таки не теряет связь с внутренним ребенком: любознательный, инфантильный, живой, грызет фрукты и бурно удивляется гэджетам, которые понапридумывали, пока он сидел в камере.

По жанру это не детектив. Это нон-экшен, фильм бездействия, практика дзена. Симпатичный немолодой человек ходит по городу, улыбается, никого не обижает (за два сезона Крус выстрелит несколько раз, да и то — в собственную машину) и ведет философские разговоры. Главный его оппонент — русский мафиози, выпускник московского технического университета (медаль с названием ВУЗа я поленился ставить в стоп-кадр), образованный террорист в белом костюме, сидит на барной стойке, трет белой салфеткой носок белой туфли, а на разборки выезжает в большом белом джипе. Приятные парни, которым, в общем-то, нечего делить.

Конечно, «Хаус» смешнее, «За гранью» масштабнее и вообще из каждого шва лезет пресловутый шаблон. Но какую-нибудь «Теории лжи» Life кладет на обе лопатки. Его сила — в его слабости. Крусу очевидно плевать, расколет ли он следующее убийство. Он столько проторчал взаперти, что теперь наслаждается самой возможностью хрустеть яблоками и знакомиться с новыми людьми. Авторов сериала не слишком волнуют рейтинги (надо видеть, как они обрезают любовные линии) и закончит ли маленький Будда поиск. Новый день и новый эпизод – просто еще один повод немного пошутить, помолчать, пощуриться на солнце и, если повезет, сделать что-то хорошее. Вот это и есть — житуха.

Ну как такого не полюбить.

Встретились с Андреем Классом – это таких в школе называли «говорящая фамилия». Интервью я брал для F5, поэтому тематический спектр понятный. Интернет, срачи, сиськи, убить всех юзеров. Но вообще-то всю дорогу вертелся совсем другой вопрос: как вышло, что мы не встретились лет пятнадцать назад? Прослойка тоооненькая, общих приятелей миллион. Йован успокаивает: «Видимо, он не ходил в твой квейк-клуб».

Андрей Класс, один из самых известных веб-дизайнеров Рунета, создатель профессиональной социальной сети revision.ru, — о диктатуре, фрилансе, галактиках, идиотах, котах, правилах жизни в интернете и комфортных зонах для существования.

«Можно на ты», — Андрей Класс быстро сокращает дистанцию. Красная толстовка лежит на красном же стуле. Крупные черты лица, на кончике носа пара смешных волосков, взгляд живой, изучающий – Андрей смотрит на визави не отрываясь и немного восторженно: так школьник разглядывает в планетарии кратеры в макете Луны. Реши вы шантажировать Класса — собрать на него компромат не получится. Возраст, Flickr, Facebook… Поисковые системы не слышали о его врагах, проступках или эпатажных высказываниях. И это при том, что Класс живет в интернете давно и активно развивает его русскоязычный сегмент. В разное время он рисовал сайты для ИД «Коммерсантъ», Panasonic, Adidas, ТНТ, Международного олимпийского комитета, правительства РФ и пр.; сотрудничал с «Футурико» — компанией молодых и амбициозных интернет-деятелей, стараниями которых появились «Лепрозорий» и dirty.ru; с недавних пор организует семинары для интернет-сообщества в клубе «Блогистан»; и вот уже 11 лет поддерживает revision.ru — свою самую большую гордость и страсть, крупнейший и самый уважаемый в профессиональном комьюнити Рунета ресурс для и про дизайнеров.

На revision.ru сидят художники и дизайнеры — люди творческие, конкурентные, в общем-то взрывные. Но претензий к модераторам у них нет, ваше имя не склоняют. Почему?
У нас вроде бы все по-доброму, а на самом деле — диктат администрации. А у администрации, слава богу, есть мозги. Она понимает, что все люди разные и хотят тоже разного. Мы ищем золотую середину, чтобы всем было хорошо. Допустим, на сайте разрешен мат, сообщения не модерируются, можно обсуждать чью-то работу: «Вот здесь говно, а здесь полная х…ня!» — но если ты назовешь автора дебилом, будешь без разговоров забанен. Я де-факто стал узнавать, чтоrevision.ru — пафосное сообщество, страшно закрытое, не попасть. Что на сайте есть жесткие правила: публиковать посты надо по вторникам, писать то-то и то-то, иначе не выйдешь в топ… Но это уже мифология.

И все равно ваш проект словно из параллельной реальности. Где срачи, пятничные сиськи и пр.?
Мне хотелось сделать уважаемый профильный ресурс, не общее место. Это комьюнити, выставка, галерея — что угодно, только не биржа труда для новичков.
Есть хороший пример — «Лепрозорий». Цирк, фрик-шоу, полная анархия. Почему он появился? Был агрегатор dirty.ru, из которого Йован Савович хотел сделать ресурс хороший, добрый и умный. Чтобы были интересные новости, необычный контент… Dirty.ru таким и получился. Но когда начали приходить неадекватные люди и постить неадекватный контент, пришлось их массово банить. В то же время Йован понимал, что пользователи — это самое ценное, что есть у ресурса. Их нельзя терять! Поэтому он создал закрытое сообщество «Лепрозорий», где люди могли творить бесчинства.
Просто у меня немножко другая ситуация. Я никогда не работал на фрилансе, на себя. Мне платят зарплату, я нормально себя чувствую, поэтому revision.ru всегда был хобби. Я не против того, чтобы сайт приносил доход, но если его нет — и черт с ним! Соответственно, у меня нет цели удерживать буйных пользователей. В начале 2000-х на форуме тусовались 1500 человек, все друг друга более-менее знали, что-то обсуждали, советовали. Все мы были дружелюбнее, терпимее и моложе… А теперь на revision.ru почти 10 000 авторов сидят.

Раньше было лучше?
Было по-другому. Это как сравнивать разные киножанры: когда-то в Рунете был вестерн, сегодня — боевик. Завтра начнется фантастика.

Какой экшн вы видите вокруг?
Как какой? Развития до фига! Все покупается и продается, один стартап выстрелил и через полгода стал многомиллионным, другой обанкротился, кто-то кого-то надул, кто-то продал и впарил… Я за этим живо слежу, обсуждаю с друзьями: «Смотри, парень подсуетился и теперь отдыхает на Багамах!» Правда, на вещи смотрю реально: меня это волнует только в том смысле, что всем нам в детстве хотелось найти чемодан денег. С известными сетевыми деятелями я почти не знаком — меня больше интересуют сами события. Иногда бывает обидно. Какие-то мальчишки-студенты что-нибудь замутили, продали — и бдыщ! Хорошо живут, известные люди. Пару раз я видел проекты, которым завидовал: «Просто, логично… Почему это не придумал я?»
С другой стороны, почти все в Рунете — заимствованное, люди выезжают на чужих идеях, что, конечно, меня раздражает. Есть американский сервис Groupon. Какая-то наша барышня на него посмотрела, сделала русский аналог — взяла дизайн и концепцию один в один, грубо говоря, перевела. Потом настоящий Groupon купил русско-переводной, и теперь эта барышня устраивает семинары о том, как создавать сайты, работать в отрасли скидок, заниматься маркетингом в интернете… Украла идею и сейчас чему-то учит. Чему? Загадка.

Не смущает, что аферистов, троллей, лоботрясов, вообще нежелательных элементов в Рунете большинство?
Когда ведешь машину, то на дороге реально 50% идиотов, которые тебя не пропустят, не уступят, подрежут, обрызгают — что угодно сделают, лишь бы самим выйти красавцами. Но есть 50% других, которые тебя пропустят, помогут, мигнут аварийкой. Идиотов видно лучше, но не надо на них обращать внимание — пусть разбираются друг с другом.

Есть теория, что Рунет переживает болезнь роста. В конце 1990-х в нем тусовалась только техническая интеллигенция и поддерживала определенную культуру общения. Потом интернет стал доступнее, сюда ломанулись массы — и началось.
Я бы так не сказал. Когда я впервые подключился к Сети и начал что-то читать про дизайн, то узнал о Теме Лебедеве. Решил, что все, никого больше в Рунете нет! Как будто взглянул в телескоп и увидел только одну Луну. Но потом я устроился на свою первую работу и выяснил: есть и другие дизайнеры. И они тоже делают контент. Я на кого-то работал, с кем-то встречался и видел, что в Рунете есть (была, будет) тьма-тьмущая людей и идей. Потом телескоп стал электронным, и я увидел галактики. Есть Солнце, вокруг него Меркурий, потом следующая планета, еще одна, еще… Сейчас мы все дальше отдаляемся от центра, выходим за границы системы, появляются все новые и новые планеты, скопления, астероиды — ну а костяк никуда не делся, просто звезды потихонечку тухнут.
Раньше в интернете можно было, как говорят, жить. Вы в него попадали, и он казался местом, где везде хорошо. Но сейчас таких мест очень много, поскольку планет стало намного больше. Вы можете перелетать с одной на другую в зависимости от желаний и задач. Например, сегодня настроение меланхоличное, вы читаете LiveInternet — и сразу становится розово и приятно.

А как, по-вашему, выглядит усредненный житель этой вселенной — пользователь Рунета?
Как человек, который растерялся. Он умный, он все понимает, он может все сделать, но он смущен обилием всякой ерунды и всякой всячины — здесь поле, здесь заголовок, там ссылка, здесь какая-то кнопка, тут всплывающее окошко, здесь социальная сеть, какой-то друг, фолловер, баннер, like, перепост… Человек, как всадник на распутье, боится куда-то двинуться: «Е-мое, если я ткну сюда, что же произойдет?»

Агрессия, которая в пользователях есть, появляется именно из-за этой тревоги?
Да, он просто боится! Он пару раз ткнул не туда, его в жопу послали, теперь он третий, четвертый раз тыкать уже опасается. Он не понимает, всерьез ли его обидели (меня всегда смущало, что в интернет-переписке нет интонаций!). Он думает: «Господи, только бы не говно в лицо кинули!» Ему нужен выход. И либо он вообще бросает интернет, либо сам начинает бросаться говном.

А в будущем как — исчезнет тревога?
Тревога никогда не исчезнет. Потому что человек в принципе не может воспринять такое количество информации моментально. Тревога может снизиться, если повысится образовательный уровень населения. Или если изменится отношение к интернету и люди начнут воспринимать интернет как телевизор. Вы же не боитесь включать телевизор, хотя знаете, что на каком-то канале может быть расчлененка, а на другом, не дай бог, вам стихи прочитают? Вы кликаете, кликаете, кликаете пультом. Не нравится — переключил. Не нравится — переключил. Но сейчас пользователь, попадая в интернет, не знает об этой опции. Друг ему говорит: «Иди в «Одноклассники», я там сижу!» — и пользователь не знает, что на самом деле можно не заходить! Он включает «Одноклассники», а на него валится спам, предложения, оповещения, «Веселая ферма». Думаю, что это изменится лет через пять, когда доступ в интернет мы будем получать через бытовые устройства — часы, телевизор, планшет, экран на холодильнике. Тогда интернет станет чем-то прозаичным и простым, средством получения информации, средством развлечения, средством для бла-бла-бла, для чего угодно, но не загадочной угрозой из непонятного компьютера (компьютер как таковой останется для профессионалов, которые будут создавать контент). Всю опасность интернета будут составлять вирусы, а если научатся бороться с вирусами, то вообще лафа.

Чтобы расслабиться уже сейчас, нужно составить программу передач, а потом выбрать интересный канал?
Да, и все к этому идет — пользователи выбирают специализированные сайты.

А какие перспективы у канала Андрея Класса?
Я не амбициозен. Мне не нужна должность, продвижение по карьерной лестнице. Того, что у меня уже есть, достаточно. Я получаю нормальную зарплату, у меня великолепный коллектив и есть хобби, которое продвигается и развивается. Мне там интересно, я слежу за поведением людей, общаюсь с ними и делаю какие-то вещи, которые им интересны.
У человека, безусловно, есть черты, которые он накладывает на те или иные аспекты своей жизни. Дома я иногда котик, а иногда не котик. Кофе люблю с карамелью, сладенький и вкусненький. Такой же я на работе, такой же в Сети. Если для человека интернет — это бизнес, он может скандалить, эпатировать, играть на публику, как-то выкаблучиваться, продавать себя и свой проект (тем более что интернет стерпит все). Но я не считаю, что так надо делать. Я не скрываюсь за никами. Можно набрать мое имя в Google и попасть на Facebook, Twitter, Flickr — пожалуйста, читайте! Я могу себе позволить быть в интернете открытым и revision.ru делать таким же спокойным, немного камерным, без больших амбиций.
Иногда я, конечно, могу кого-нибудь раздраконить. Но только для фана. Знаете, в Новый год я с удовольствием бегаю в шапке с бубенчиками и громко ору… Но не хотелось бы надевать ее каждый день.

Андрей Класс, 33 года, один из интернет-гуру Рунета, родился в Москве, окончил Московскую государственную академию приборостроения и информатики по специальности «автоматизированные системы с искусственным интеллектом». Работал веб-дизайнером ИД «Коммерсантъ», «Дизайн Депо», руководителем отдела внешних дизайн-разработок РБК, с 2004 года — дизайн-директор НТВ. В ноябре 1999 года открыл re:vision — самый известный в Рунете портал для дизайнеров.

F5 #102, апрель 2011